Подарок

Светлой памяти Наташи Полищук

Так бывает, что какое-нибудь представляющееся нам незначительным событие может впоследствии играть важную роль на протяжении долгих лет нашей жизни.

Часть 1. Студенческие годы.

Это случилось в мои беззаботные студенческие годы. Я учился в Политехе. Попал я туда…ну, сейчас я бы сказал «по послушанию родителям». Хотя тогда после окончания школы у меня самого не было конкретного сильного желания посвятить свою жизнь какой-то определенной теме, избрать какую-то определенную профессию. У некоторых моих одноклассников была такая цель, например, стать врачом. У меня - не было. Мои родители, филологи по образованию и по профессии, решили, что эта специальность не будет «хлебной» для детей, и сориентировали нас с братом в направлении точных наук. Брат тоже поступил в Политех, но увлекся боксом, забросил учебу и вылетел из института. Правда, впоследствии, уже после армии, он все-таки закончил вечернее отделение матмеха.

Я же учился в Политехе примерно. Звезд с неба не хватал, но, попав в обойму, старался не выпасть из нее. Более того, по-моему, ни разу не был лишен стипендии, а для этого надо было сдавать экзамены без троек. Это гарантировало каждому получение стипендии. Хотя мне, как старосте, возможно было иногда и с одной тройкой получить стипендию. Размер стипендии по тем временам был весьма неплохой. 55 рублей. При том, что в параллельных группах платили по 40. Моя специальность называлась ЭВМ, и на момент моего поступления считалась перспективной для военных. (Они и доплачивали по 15 рублей каждому, стимулируя таким образом приток наиболее способных ребят). Предполагалось, что нас должны выпустить специалистами по конструированию ЭВМ. Нас собственно таковыми и готовили. Но за время нашего обучения в руки советских ученых попала вся документация по изготовлению американских ЭВМ фирмы IВМ. Наверху было принято решение по переориентации производства ЭВМ. Собственные разработки перестали финансироваться, а все средства были пущены на создание машин по украденной, (или специально нам подсунутой), американской технологии. Стали создаваться машины серии ЕС. В результате такого хода мы отстали от американцев на20-30 лет. Ибо, когда я уже закончил институт, и проработал на ВЦ лет 20, у нас все еще выпускались машины серии ЕС.

Так что военные напрасно доплачивали нам по 15 рублей к стипендии. Специалисты по конструированию ЭВМ к моменту нашего выпуска были уже не востребованы. Но поскольку маховик советской промышленности раскручивался долго, я и мои одногруппники, милостью Божией, в течение всех наших студенческих лет получали на 15 рублей больше наших сокурсников. Если же удавалось сдать экзамены на все пятерки, то полагалась прибавка 25%, тогда получалось 68,75 р. Но такую стипендию я получал только раз или два на старших курсах, а вот 15%-ю надбавку, полагающуюся с одной четверкой, получал довольно часто. Если учесть, что студентам разрешалось работать на НИР, выполнять черновую работу для хоздоговорных работ, и получать за это еще по 40 рублей в месяц, то выходило вполне неплохое обезпечение. Надо сказать, что сразу после окончания института и распределения на ВЦ, мне была положена ставка в 100 рублей в месяц, да, еще – минус налоги. Так что в студенческие годы получалось больше.

Но я отвлекся. Впрочем, это отступление в определенной степени характеризует то время, о котором пойдет речь. А разскажу я о своей однокурсеице – Наташе Полищук. Наташа, в отличие от меня, была иногородней студенткой, хотя ее отец и учился в свое время у нашего преподавателя математики Игоря Сергеевича Сребрянского. Наташин отец военный, и потому место жительства выбирать не приходилось. Наташа приехала поступать в Ленинградский Политех из-под Ростова. Из города Ейска. Все иногородние студенты жили в общаге, которая и была основным местом нашей тусовки. Иногородним студентам родители старались помогать и время от времени присылали им продуктовые посылки. Моему другу из Углича присылали сыр. Вкуснейшие сыры различных сортов. У нас таких в продаже не было. Моей будущей жене из Мурманска высылались рыбные посылки: копченый окунь, палтус, клыкач, мойва. Наташа привозила вяленую тараньку. Еще запомнилось, что она всегда, когда ездила домой на майские праздники, привозила в Питер охапки тюльпанов. После получения посылок от родителей мы всегда тусовались то в одной, то в другой комнате в общаге. Моей задачей было обезпечить компанию спиртным. У меня был «дипломат», который я в дни выдачи стипендии я, как староста, использовал для хранения ведомости и стипендиальных денег на группу. Перед тусовочной ночью я набивал «дипломат» бутылками с сухим вином. Помещалось 5 «фугасов» по 0,7л.

Но вообще, нельзя сказать, чтобы наша группа была дружная. Число студентов в группе колебалось от 23 до 26 человек. Не все питерские студенты тусовались в общаге. Некоторые дружили по 2, по 3 человека. Да и среди иногородних студентов разделялось несколько групп, которые дружили между собой обособлено.

Но вот, удивительное свойство Наташи – она была дружна со всеми! В любой компании ее радостно встречали, и всем было хорошо с ней, и ей было со всеми хорошо. Еще, (здесь же замечу), что у нее были удивительные отношения со своими родителями. Они одновременно были и почтительными, и дружескими, и доверительными. Наташа разсказывала им все о нашей группе, не делая никаких секретов. Об этом я узнал уже много позже, после смерти Наташи, от ее мамы. Казалось, мама все знала о нас, как будто бы она сама училась в нашей группе.

Но будучи в ровных дружеских отношениях, в том числе и со всеми парнями, Наташа так и не вышла замуж, хотя по ее совету устроилась не одна супружеская пара. Наташа отошла ко Господу в 33 года, в возрасте Исуса Христа. Речь об этом будет ниже. А сейчас разскажу лишь о подарке, сделанным ею мне, который предопределил название этих мемуарных записок, и который, как оказалось, вот уже долгие годы играет важную роль в моей жизни. Это тоненький шерстяной джемперок, который мне Наташа как-то подарила. Ни к случаю, ни ко дню рождения, а подарила как-то обыденно, мимоходом, не придавая этому никакого значения. Не помню, что она сказала при этом. Не помню и моих слов в ответ. Но помню, что мне было приятно, и никакой неловкости не было. Хотя мне никто до этого не дарил носильные вещи.

Прошло много лет. Я из поджарого студента превратился в толстого дядьку. Но я и сейчас постоянно ношу Наташин подарок. (Обрезал рукава, и ношу как нижнюю поддевку под спину). И каждый раз, надевая, молюсь о упокоении незабвенной рабы Божией Наталии, которая прожила столь яркую жизнь, и ушла в мир иной столь замечательным образом.

Часть 2. Предопределенное успение.

Как я уже сказал, Наташа не создала семьи, и в 33 года ее жизнь внезапно оборвалась. Она ушла в мир иной невестой Христовой. Заслужила она своей жизнью на земле Царствия Небесного, и Господь призвал ее к Себе. Ее скоротечной болезни и трагической развязке, (по земному разсуждая), предшествовали следующие события.

Незадолго до ее смерти ее отец вышел в отставку, и родители переехали в Киев. Наташа тогда работала в ГДР, и приехала к родителям в отпуск. Целый день она бродила по Киеву, осматривая достопримечательности прекрасного города. Это было 26-го апреля 1986 года – в день, когда произошла Чернобыльская авария. В СМИ умалчивалось о масштабах катастрофы, и людей не предупреждали, чтобы береглись и старались минимальное время находиться на улице. Наташа, знакомясь с Киевом, проболталась по городу весь день. Видимо, она схватила тогда серьезную дозу радиации.

Но это уже потом мы анализировали и размышляли, что могло послужить причиной столь внезапной смерти в молодом возрасте. А тогда сама Наташа ничего не почувствовала. Прошло три года. В очередной отпуск она собиралась поехать с подругой в Сочи. Подруга приехала к ней в Киев из Белоруссии, и Наташа накануне отлета решила показать ей город. И вот тут и произошло то событие, которое предопределил ей Господь. Наташа, также как и я, так же, как и многие наши сверстники, не была крещена в детстве. Но к 33-м годам вопрос о крещении, видимо, стал ее серьезно занимать. Ибо когда мимо нее, зашедшей во Владимирский собор, проходил священник, она вдруг взяла, да и спросила: «Скажите, пожалуйста, а если я захочу креститься, что для этого надо?» И тут батюшка совершенно неожиданно для нее, (а м.б. и для самого себя), видимо, Духом Святым спокойно ответил: «Если вы решили креститься, то я вас сейчас и окрещу». Наташа от неожиданности только и спросила: «А как же? У меня даже крестной нет» «А вот, ваша подруга – крещеная? Она и будет вам крестной».

Так в одночасье Наташа сподобилась таинства святаго крещения. На следующий день они вылетели в Сочи, и там Наташа сразу почувствовала себя плохо. Недомогание, высокая температура... Через несколько дней ей пришлось срочно вернуться домой… Она усыхала очень быстро. Ее перевозили из больницы в больницу, пытаясь установить диагноз. Через полтора месяца она умерла. Врачи только незадолго до кончины сумели установить, что у нее был рак крови.

Последние дни перед смертью мама постоянно находилась при ней в больнице. Конечно, она поначалу долгое время не могла поверить, в то, что Наташа, единственная дочь, красавица, может умереть. Но за два дня до смерти, когда состояние резко ухудшилось, материнское сердце зарыдало. Мама поняла, что теряет дочь, и вот тогда, возвратившись на несколько часов домой, чтобы приготовить морс, она встала на колени перед изображением Господа, (она тогда и сама не была крещеной, и икон в доме не было – она открыла альбом с репродукциями икон Русского музея), - встала на колени и взмолилась: «Господи! Сохрани, исцели, не дай умереть!».

И в ответ услышала голос… не так, чтобы ушами, но услышала голос в своей голове. Она потом разсказывала, что очень хорошо запомнила этот звучный низкий голос. Из земных голосов он более всего был похож на голос Левитана, когда он вещал: «От Советского информбюро…»… И этот голос в ее голове произнес только два слова: «Царствие Небесное!». Наташина мама, Любовь Степановна, сначала не поняла, а когда осознала, что речь идет о смерти, запротестовала: «Нет! Нет!». И опять услышала эти же два слова: «Царствие Небесное!». Больше этот голос она не слышала.

Через два дня Наташи с нами не стало. Конечно, велико горе родителей, лишившихся единственно дочери. Но когда прошло какое-то время, (Любовь Степановна сама крестилась), и тогда она поняла, что Господь в тот момент, отвечая на молитву матери, сообщил, что забирает дочь в Небесные обители. Ведь те грехи, которые были в ее жизни, эти грехи были омыты святым крещением, а после этого плотскими грехами у нее по милости Божией и не было возможности грешить. Так распорядился Господь. Видимо, Наташа, хотя и не была крещена, угодила Ему своей жизнью на земле.

Эпилог.

Я же, всякий раз надевая Наташин драгоценный подарок, вспоминаю прекрасного человека, с которым свел меня Господь, рабу Божию Наталию, сподобившуюся Царствия Небесного. Молюсь по инерции о ее упокоении…хотя, наверное, давно пора молиться ей и просить ее молитвенного заступничества.

Назад